Однажды после пьянки возвращался домой,
Я был вумат и песни весело пел.
Мой путь пролегал через старый погост,
Был бы я трезвый, сразу б я охуел.
Но я не был трезв и было мне до пизды,

Мне смелость придавал выпитый кир.
И тут передо мною затрещали кусты —
Из них восстал кровавый старый вампир.

Кровь! Кровь! Моя грязная кровь!
Напившись крови моей дохнет комар.
Грязная кровь! Откуда чистой ей быть?
Ведь сорок лет я каждый вечер бухал.

Вампир этот жаждил теплой крови моей —
Он в предвкушеньи даже выпустил клык.
Но только слегка он у меня отсосал, всмысле крови,
То в могилу пиздык!
Мой организм не отдыхал от водок и вин,
Вся жизнь моя как проспиртованный сон.
Все детство, сколько помню, я глотал пертусин,
А в десять лет я начал пить самогон.

Кровь! Кровь! Моя грязная кровь!
Напившись крови моей дохнет комар.
Грязная кровь! Откуда чистой ей быть?
Ведь сорок лет я каждый вечер бухал.

Он позеленел, он все кресты обрыгал,
Он, бедолага, второй раз чуть не сдох.
Его рвало, он своей пастью жадно воздух глотал
И с медецинской точки был очень плох.
Откуда я знал, что так накроет его?
Иначе б я ему ни капли не дал.
Одним вампиром меньше. Выпил я за него,
Закопал его и спать побежал.

Кровь! Кровь! Моя грязная кровь!
Напившись крови моей дохнет комар.
Грязная кровь! Откуда чистой ей быть?
Ведь сорок лет я каждый вечер бухал.