На одной из наших улиц был веселый дом. Там раскручивая пленки пел магнитофон. Жизнерадостный жокей улыбался до ушей. Всего вечера душа, говорил он не спеша - "Для тебя папа Будет Заппа. Для тебя крошка Аббы немножко. Для тебя сынок Тяжелый рок".
Но в веселом этом доме появился враг. И расправой угрожая требовал гапак. Но собравшийся народ порезвиться не дает И вступив в борьбу с толпой вел себя он как герой. По углам швыряя пленки, Головой крушил колонки. Кто прихлопывал в ладоши, кто взлетал до потолка. Так что получилось что-то вроде гапака.
Нам хвалить подобное вроде не с руки. Но зато в тот вечер не было тоски. Каждый веселился как умел и мог, Не жалея рук, не жалея ног. Та-да-да-дай!
Для тех, кто ловит удачу открытым ртом Ничего не значит все, что будет потом И взгляд, как нож отточен, неслышен шаг Они то знают уж точно, да и им ли не знать
Припев: До чего бывает сладким Плен вечерней лихорадки Фонарей цветных искры хлынут Все поднимут вверх дном И горячею волною город улицу укроет А потом опять краски смажутся, все окажется сном
А я ударю ладонями в белый стол Не знаю, слышишь – не слышишь, да мне-то что? Звонить тебе не умею, да стоит ли Ведь телефонные боги – так упрямы и злы
Припев: К тем, кто знает этот сладкий Плен вечерней…
Зачем же небо над нами не белее золы И телефонные боги так упрямы и злы К тем, кто ловит удачу открытым ртом А как иначе – ведь не знает никто
Дом мой на двух ногах Туго обтянут кожей, Стены, как струны звенят. Силой неведомой сложены, Дом мой на двух ногах Будто от ветра шатается, А упадет – не считается, А упадет – не считается.
А ведь где-то В луче света Ангел мой играет Гудит, стонет, Чужих гонит Караван-сарай, Караван-сарай
В доме моем сторожам Велено быть начеку, По костяным этажам Красные реки текут. Стены услышат меня, Скроют все дикое, тёмное, Все, что таилось тогда В дальних затерянных комнатах
А ведь где-то В луче света Ангел мой играет. Гудит, стонет, Чужих гонит… Караван-сарай, Караван-сарай…
Дом мой на двух ногах Туго обтянут кожей, А на асфальте следы Утренний дождь уничтожит. Дом мой на двух ногах Новой дорогою мается, А упадет – не считается, А упадет – не считается…
То ли "Дом Восходящего Солнца" пуст, То ли полночь ещe не вошла во вкус, Hо не зная того камни падают вверх И тебя уже бьeт то ли дрожь, то ли смех.
А-ха, пляшут искры около рта, А-ха, как шипы одного куста. Прячься в тeмном углу, досчитай до ста Пляшут искры около рта.
Сбиться с круга -так это пустяк. Мир не тот, что вчера, что минуту спустя. Ускользая от нас, рушит стены шутя. Он не тот, что вчера, что минуту спустя.
А-ха, пляшут искры около рта, Как шипы, как шипы одного куста. Прячься угол, считай до ста Пляшут искры около рта.
Пляшут искры около рта. Пляшут искры около рта. Пляшут искры около рта. Пляшут искры около рта.
Сбиться с круга- так это пустяк. Мир не тот, что вчера, что мину-ну-ну... Минуту спустя. В который раз Пляшут искры около нас.
А ты вошел не в ту дверь, перепутав цвета, И теперь, и теперь все как будто не так. А здесь немое кино, здесь замедляют шаг. Здесь немое кино, здесь забывают дышать.
А если все на продажу, то где же дно? А ничего не скажешь - немое кино Видно, да, в этом городе все заодно. Видно кем-то молчание заведено.
Так расплавься хоть ты, Просто так невзначай Есть немое кино, Но нет слова "молчать".
А так и есть - предметы покидают места. А твои мысли как зверь, что затаился в кустах. Здесь немое кино, вот так. Здесь забывают дышать, здесь забывают ....
Так расплавься хоть ты, Просто так невзначай Есть немое кино, Но нет...
Вот же это слово, с ног как будто сбило. Слово – это ветер, а ветер – это сила. Издали и город кажется осколком, Потому не вечно, потому недолго.
Вот же эти руки, шёлк и злые плети Бьют, а мне не больно, я один на свете. Подожгу звезды, что ещё остались, Попрошу небо: «Обогрей малость!»
На заре тихо солнце разбудит. Все, что захочешь, все так и будет. День уходящий сбросит оковы, Зачеркни старый, нарисуй новый…
Вот бы обогреться искрами рассвета, А уже торопят, мол, пройдет и это. Уж звезда на небе сто имён сменила, Имя – это слово, слово – это ветер,а ветер – это… Ветер – это…
В этом городе цвет, и свет фонарей, Всe готовит на подвиг, на войну. В этом месяце дождь ложится на снег Грохот барабана рождает тишину.
Здесь луна решает, какой, Какой звезде сегодня стоит упасть. Здесь мои глаза не видят, Чем она больна.
Моe тело уже не моe, только жалкая часть, Жалкая надежда. Hо во мне всегда жила - истерика! Какое дикое слово, какая игра, Какая истерика!
Истерика, но я владею собой Просто устал, просто устал, но я владею собой. Какое дикое слово, слово - истерика!
Что со мной - может, может это волнение, Hе чувствую ритма в висках, Словно это Сердце отказало мне во всeм. Где-то между камней город держит в тисках А усталый ветер воет только о своeм.
Здесь моe тело поддержка костру, Я слышу бешеный, бешеный, бешеный, бешеный смех, И любое дело сразу валится из рук.
Где моя сила, моя любовь, моя свобода, Какой, какой со мной грех. Здесь моя надежда, лишь надеется, а вдруг? Меня, меня бьeт истерика, Какая страшная мука, страшная боль Меня бьeт истерика!
Какой удачный исход? Как долго длилась истерика, Я знаю скоро пройдeт, Оставит лишь раны, удачный исход. Глубокие раны - я не верю, что всe так легко, Вот он выход - истерика!
Спасибо ветер, ветер я с тобой. Город, снег. Вместе с песней оставил свою боль Ветер унес мою жизнь в океан И я с тобой весeлый смех, Спасибо за ветер.
В этом городе цвет, и свет фонарей, Всe готовит на подвиг, на войну В этом месяце дождь ложится на снег Грохот барабана рождает тишину.
Мы нашли себе дело на целую ночь Город полон огней, а мы обжечься не прочь. Зачем ты закрыла вуалью лицо, Мне тебя и так не узнать Всe изменилось, всe изменилось опять.
Сегодня наш праздник сгорает свечой Играй, музыкант, играй мне ещe. Я больше тебя не прошу ни о чeм Кончается праздник. Играй мне ещe!
Ты уже не бежишь, но тебя не догнать Всe изменилось, всe изменилось опять. Мы вместе с тобою сделали круг И торопимся новый начать Всe изменилось, всe изменилось опять.
Сегодня наш праздник сгорает свечой Играй, музыкант, играй мне ещe. Я больше тебя не прошу ни о чeм Кончается праздник. Играй мне ещe!
Все кружит из года в год разноцветный хоровод, В нем мудрец и идиот, в нем красотка и урод. И не уставая, покоя не зная, то назад, то вперед Под музыку бубнов и жалобных скрипок кружит хоровод.
Как всегда наполнен день сотней бесполезных дел, Только как их все начать, сразу трудно разобрать. И в джунглях кирпичных смотреть надо в оба, Чтоб кто-то случайно тебя не слопал.
Вот веселья час прошел, мы забудем рок-н-ролл; И ушастый Микки Маус будет прыгать не для нас. Но минуя без труда лабиринт идей и мод Все кружит, впадая в транс, разноцветный хоровод.
Да, наверно мы с тобой...да наверно мы с тобой. Под звездою под одной... Под звездою под одной Будем жить не тужить. С ветром дружить. Не жалея мелькающих дней Хэй же хэй!
Так откуда и.... Так откуда и куда? И в глазах какая даль...и в глазах какая даль. Вот бы жить не тужить, С ветром дружить, Не жалея мелькающих дней Хэй же хэй!
Между небом и землей...между небом и землей Путь кончается любой...путь кончается любой Вот бы жить не тужить, с ветром дружить...
Как много горящих очей, Как много картонных мечей, Я сегодня так странно одет, Я излучаю таинственный свет, Не спрашивай это зачем, Это зачем…
Мы прячем от света лицо, Мы верим — никто не узнал, Я закрою свой голос хрустальным ключем, Не спрашивай только меня ни о чем, Пускай продолжается бал, Продолжается бал…
Ты — Королева Ночи, Я — Господин Никто, Когда сойдутся две темноты, Когда сойдутся две темноты, Настанет рассвет, а потом, А потом…!
Не двигайтесь, вы ведь из камня, И дрожь вас не сможет спасти, Поссорятся два великана Землю начнут трясти. Непонятно на что намекая, Задыхаясь от соков внутри, Поссорятся два великана Землю начнут трясти.
Да они - Повелители пыли, Словно замерли, посмотри, Чтоб большие глаза не остыли, Поджигают себя изнутри. Забываются, машут руками, Каждый мускул на шее искрит, С раскаленными бродят висками, От бумажных созданий вдали.
Не двигайтесь, вы ведь из камня, Не мешайте им руки сплести, Вся надежда на двух великанов, Расплескавших рассудок в пути. Не двигайтесь - будет как было, Они мимо пройдут не спеша, Им вослед заволнуется пыль - Мира душа.
Как только тень от деревьев коснeтся лица, Ты снова уйдeшь, не дослушав меня до конца. Порою мне кажется - нас разделяет река Лучше мне невзначай cказать: "Прощай!" И не ждать твоего звонка.
Мой телефон ноль-ноль-ноль Мой телефон ноль-ноль-ноль Нет,я не шучу, нет, я не шучу И не думай, что это пароль Звони, звони... Мой телефон ноль-ноль-ноль Мой телефон ноль-ноль-ноль
Если снова бездарно проходят весенние дни, Если смотришь с тоскою в окно, когда мы одни, Если всe это так и больших перемен Hе добиться никак, Лучше мне невзначай cказать: "Прощай!" И не ждать твоего звонка.
Мой телефон ноль-ноль-ноль Мой телефон ноль-ноль-ноль Нет,я не шучу, нет, я не шучу И не думай, что это пароль Звони, звони... Мой телефон ноль-ноль-ноль...
Но молчит телефон и терпенью приходит конец Но, кто видел меня в эти дни, Cказал бы, что я молодец. Да, все это так, но вот только покой не приходит никак С тех пор, как я невзначай сказал: "Прощай!" И не жду твоего звонка.
Мой телефон ноль-ноль-ноль Мой телефон ноль-ноль-ноль Нет,я не шучу, нет, я не шучу И не думай, что это пароль Звони, звони... Мой телефон ноль-ноль-ноль...
Он не чувствует боли И всегда подставляет себя под удар Он спокоен как море, Забывшее, что такое вода Посмотри - это он, Я о нем говорил - это мой друг, да...
Иногда, иногда он замрет без труда И тогда он похож на памятник тем, Кто не побеждал Оставаясь самим собой, Оставаясь самим собой, не побеждал Познакомься, Я много о нем говорил - это мой друг, да...
А когда все уйдут навсегда, Позабыв обо всем Он не сможет уйти ни туда, ни сюда, И с него мы начнем свой отчет Познакомься, Я много о нем говорил - это мой друг, да...
Не говори мне "нет", не говори мне "нет" Ведь радуги моей так ненадeжен свет, А мне ещу идти, теряя светлый след И снова молча ждать, Не говори мне "нет".
Ты - трепетный огонь, ты - чистая вода О, боже, упаси, не говори мне "да", Что, если лeд в душе растает навсегда? Чем остудить смогу безумные года?
Не упрекай весь свет, что розы вянут вновь Их в тот же яркий цвет моя раскрасит кровь, Увидишь за окном из этих роз букет Не торопись в мой дом - меня там больше нет.
Был я в школе герой, я учился на пять Я знакомые буквы любил повторять Я разглядывал книги как шифр, я пытался узнать Что такое весна
Лишь однажды пытался я школу поджечь Да учитель узнал, спички выбросил в печь Мне хотелось огня и тепла, я не мог больше ждать Когда будет весна
Вот уж стало темно, дал учитель звонок Я из школы скорей убегал со всех ног Он вдогонку за мной, чтобы я не узнал Когда будет весна
В теплой луже портфель, а под глазом синяк Ах, учитель хитрец – он провел и меня Я тетрадь изорвал, можешь ставить мне кол Только знай, от меня не уйдешь далеко
Разве ж мы не акробаты, Чтоб по лестницам горбатым, Чтоб по лестницам горбатым Прыгать и скакать? И не каждый в белом – доктор, Открывай же двери-окна, Открывай же двери-окна Чтоб уйти наверняка
Да и Гарин – не Гагарин, Он, то ласковый то злой, В своей комнате потайной Сочинил гиперболоид
А летит- не значит ангел, Может быть под черным флагом, В облаках под черным флагом Он боится высоты. А за новую харизму Все богатство и полжизни, Все богатство и полжизни, Не сморгнув, отдашь и ты
Да и Гарин – не Гагарин, Он, то ласковый то злой, В своей комнате потайной Сочинил гиперболоид
К черту все твои устои - Побеждает недостойный, Тот корявый и нестройный Выпьет счастие до дна. Как какой-нибудь знакомый Улыбается как кобра, Улыбается как кобра И подмигивает нам
Да и Гарин – не Гагарин, Он, то ласковый то злой, В своей комнате потайной Сочинил гиперболоид
Когда я выучил все буквы И начал говорить, меня послушав Ты крикнула: "Так это же "Записки сумасшедшего", Я их уже читала, это скучно".
А учили меня летать те, кто к камням прикован цепями, А учили меня любить с провалившимися носами.
Я такой же как был, все мое в кулаке, Не хватает лишь пальца на правой руке. Он наказан и будет с ним так до конца, Он так долго касался чужого лица. Не дрожи, это я, я на ощупь пришел, Зная только одно: твоя кожа как шелк. Не сочти за труды и запомни одно: Я еще не забыл, как когда-то давно:
А учили меня летать те, кто к камням прикован цепями, А учили меня любить с провалившимися носами.
Видно рано затеял я праздновать бал, Стерегли твой покой два железных раба, И решив меж собой будто я не в себе, Один поднял меня, да высоко вверх, И нацелив туда, да где самое дно, Он швырнул меня вниз, позабыв об одном:
А учили меня летать те, кто к камням прикован цепями, А учили меня любить с провалившимися носами.
Их к утру только хватятся. От всего вдалеке Три босых, три лунатика Шли по проволоке О своём, о неведомом, Им напела луна, И теперь их преследует Мысль упрямо одна:
«В город лунный, мир безумный Дальше, дальше от земли, В город лунный, в мир безумный Наши мысли унесли»
Все им мнится, все чудится, Будто дом их не здесь, А на звёздах заброшенных Выше синих небес. Уж камнями кидались в них, Да не сбить их никак – То укроет их облако, То сорвется рука
В город лунный, мир безумный Дальше, дальше от земли, В город лунный, в мир безумный Наши мысли унесли
Да и шут, да и шут с ними - От всего вдалеке Три босых, три лунатика Шли по проволоке
В город лунный, мир безумный Дальше, дальше от земли, В город лунный, в мир безумный Наши мысли унесли
Нет и нет, мне не до смеха, Нет окна и дверь размыта; Ведь пытать меня приехал Сам Великий Инквизитор. Инквизитор наседает, Подбирает инструмент; "Ты скажи мне все, что знаешь, Полегчает и тебе".
Он наверное хочет меня открыть Как простой чемодан, он знает одно, Даже в самом пустом из самых пустых Есть двойное дно, есть двойное дно.
Если б были еще силы, Я б сказал ему: "Мой милый, Я не знаю кто я, где я, Что за силы правят миром; И мои опутал ноги Длинных улиц лабиринт"... Инквизитор мне не верит, Заворачивает винт.
Он наверное хочет меня открыть Как простой чемодан, он знает одно, Даже в самом пустом из самых пустых Есть двойное дно, есть двойное дно.
Видно был я здесь не первый Окружен такой любовью, И во всех углах таились Призраки средневековья. Тени в черных капюшонах Выползают из щелей Наблюдают напряженно За добычею своей.
Они все захотели меня открыть, Как простой чемодан, они знают одно, Даже в самом пустом из самых пустых Есть двойное дно, есть двойное дно.
Ночь шуршит над головой как вампира черный плащ, Мы проходим стороной - эти игры не для нас. Пусть в объятьях темноты бьется кто-нибудь другой, Мы свободны и чисты, мы проходим стороной.
Вот и я до боли в ушах посмеяться не прочь Лишь пока светло в небесах, лишь пока не наступит ночь:
Вновь пиковый выпал туз из колоды старых карт, И опять идет подсчет, кто остался в дураках. Знает сломанный корабль: жизнь-река и надо плыть, Буйный ветер рассекать, тихий берег позабыть.
Ночь шуршит над головой как вампира черный плащ, Мы проходим стороной, эти игры не для нас. А пока у нас в груди тонкая не рвется нить, Можно солнцу гимны петь и о ночи позабыть.
Вот и я до боли в ушах посмеяться не прочь Лишь пока светло в небесах, лишь пока не наступит ночь
Да, легко мне скользить по земле. Души не оставив нигде, Так просто ступив за порог. Да, мимо улиц пустых. Прохожих, похожих на бледных святых. Их тоже мучают змеи дорог.
Да, уже начинает светать. Неужели я смею летать. Не чувствуя тяжесть оков. Да, может так замыкается круг И только медные струны отбились от рук Да звенят высоко высоко.
Да, уже начинает светать. Неужели я смею летать. Не чувствуя тяжесть оков. Да....
Не имеет значения Тем, кто шел по углям, Гильотины сечение и веревки петля. А может, это герои опъянели от ран. Может, ярость утроив, Бьют в тугой барабан.
А удачу и судьбу Ни за что не купишь. На кону главный приз, Главный приз — кукиш!
Их в пустом переулке Видно кто-то украл И король сигаретных окурков С ними в прятки играл. Ведь не для развлечения И не корысти для Гильотины сечение и веревки петля.
А удачу и судьбу Ни за что не купишь. На кону главный приз, Главный приз — кукиш! Главный приз — кукиш!
Вот тебе и лечение: Грусть-тоску утолят Гильотины сечение И веревки петля.
А удачу и судьбу Ни за что не купишь, На кону главный приз, Главный приз — кукиш!