Игорь Растеряев - Ермак
Чтоб о предке моем Казаке
Разузнать правдивую версию,
Я пришел к пересохшей реке
в без пятнадцати сорок по Цельсию.
Тут когда-то был наш хуторок,
А теперь — бугорки да садочки,
А теперь — перекрестье дорог,
В горизонт уходящих до точки.
Мои предки тут с детства жили,
Руку ставили рубкой хвороста,
А потом кому надо служили,
Вплоть до кризиса среднего возраста,
На привалах варили варево
И в походы ходили с пением.
С ними враг любой разговаривал,
Словно крепкий ремесленник с гением.
Где пройдут — там валяются флаги,
Стон чужих речевых оборотов —
Все, как после попойки в общаге
Института дружбы народов.
Я стою у иссохшей реки:
Ни воды, ни лягушек, ни ряски.
Где народ, что рубил в две руки,
Взял Сибирь и дошел до Аляски?!
Где все те, кто в бескрайнем бою
До Китая Россию раздвинули?!
Почему я сегодня стою
Здесь один, без земли и без имени?!
И смотрю на терновый кусток,
На осину, что между садочками?!
То — не тёрн, то — терновый венок,
И осиновый кол с листочками.
Я поставил на родине крест —
Пусть стоит тут, как наваждение,
Как финальный аккорд этих мест,
Как пародия возрождения.
Представляю я прошлые века:
Шашка наголо, на щите — олень,
Будто я — казак батьки Ермака,
И наступает ночь, наступает день.
Атаман наш песню бодро голосит.
Бордища до пупа висит.
Будто все в дыму, будто все в огне.
Снова на Восток скачет наша рать,
Чтоб среди ковров в шахматной стране
С черным королем в шашки поиграть.
Нам по нраву эти горы и поля,
Значит, здесь казачья земля!
Скалы, бурелом, талая вода.
Прет без всяких карт батька Атаман.
Где я запою — там и широта,
Где мой конь пройдет — там меридиан.
Пусть ругают нас с западных столиц —
Нам на них плевать, нас не взять на понт:
У России нет никаких границ —
У России есть только горизонт!
Остаются позади от наших войск
Наши метки — Красноярск, Тобольск.
Завтра на заре снова будет бой,
Будет сталь на сталь налетать звеня,
Но, всему назло, я вернусь домой
Или со щитом, но скорей всего — с двумя.
Буду вспоминать, как я воевал,
Как на край Земли вывел Атаман.
И весь мир смотрел, как у Камчатских скал
Тихий Дон впадал в Тихий океан.
Как-то ты недобро щуришься, браток.
Отдавай-ка быстро островок!
Вот бы на чуть-чуть в прошлые века:
Шашка наголо, на щите — олень.
Вот бы впереди батьку Ермака,
И наступает ночь, наступает день.