Он входит в горло он режущий зонд Забывший о состраданьи Он спазм укуса в диафрагмовый зонт Исполненный ожиданья Он смотрит злорадно на гибель объема В объятиях губки хищной И прочь усталый газовый ком Холодный свободный лишний
Он вобъет в ваш хобот меченый гвоздь Он внезапный и пугающий гость - Инспектор По
Он тоже был объят и выжат И выброшен выдохом томным И на миокарде угольном выбит Твой профиль зовущий и темный Не жди его смерти она будет долгой Бескровная жизнь не знает срока Он станет жаждой давнего долга Инспектором выдохов-вдохов
Пегой луной наступает вечер Лысый швейцар зажигает свечи Пудрится цирк в ожиданье встречи С голодною толпой! И через миг на арене алой Вырастет мир на утеху залу Белый маньяк затрясет устало Битой головой! Белый клоун, белый мученик Ради смеха пьяно-жгучего Будет издеваться над собой! Вечером здесь у него заботы Ведь униженье — его работа Но посмеется последним наш Невидимый герой! Но в час, когда полночь погасит краски, Бывший Пьеро поменяет маску Новый из тех, кто над ним смеялся Превратится в гной! Клоун не зря помнит эти лица Вечером — шут, а теперь — убийца В душном трактире он отрешиться С пьяною ордой! В кабаке с визгливой скрипкой За столом от грязи липким Будет хохотать он сатаной! Завтра опять у него заботы Ведь униженье — его работа Но посмеется последним наш Невидимый герой! Кто изгибал на арене спину, Тот испытал, что такое — Сила Пой же, цыган, зажигай-ка милый Белую ты кровь!
Командир, командир, это что за ерунда? "Ничего, ничего, просто в небе облака. Просто так, просто так, как всегда, как всегда, С ерунды, с пустяка начинается война." Командир, командир, не учи меня стрелять, Это стыдно, но я не умею убивать. Я пойду на врагов без винтовки, без штыка, Понесу им любовь грязным именем конца. Только не пиши, командир, домой, что погиб Я как рядовой герой!
Наш хозяин ленится, Мы узнаем его стиль: К рождеству вместо снега Он посылает нам пыль. Мы плетемся в обозе Его бесконечной орды. Я буду как ты, Ты будешь как он, Мы будем как все.
Он всегда впереди В алом шелке на бледном коне, Мы за ним по колено в грязи И по горло в вине. И вдоль нашей дороги Пылают дома и мосты. Я буду как ты, Ты будешь как он, Мы будем как все.
Пусть тебя не смущает Обещанный к завтраку суд, Бог простит и себя и его, И сто тысяч Иуд. Так до встречи в раю, Где цветут ледяные цветы. Я буду как ты, Ты будешь как он, Мы будем как все.
Вот полночь близится, а Гитлера все нет. Кровавый сумрак опустился на рейхстаг. Вспотел от жадности и греет пистолет Свинцовой тяжестью ладони Евы Браун. Чу! Наконец-то коридор шепнул шаги. Вошел он в спальную, в тебя уставив взгляд. Тебе на голову, пытаясь удушить, Надел пиджак, а в зубы тычет яд. Сняла решительно наброшенный пиджак. Все остальное - дело нескольких секунд. Сказала: "Гитлер, ты мне муж, но ты мне враг. Ты нехороший, и теперь тебе капут! Да, слишком долго я бросала на весы Любовь постылую и свой моральный долг." Рукой дрожащею прицелилась в усы И из последних сил нажала на курок. С такого расстояния трудно не попасть. Его размазало по стенке, будто клей. А песня девичья слезами пролилась: "Ауфидерзейн, майн либер, ауфидерзейн!" Ауфидерзейн.
Помнишь это было прошлым летом?! Оно нам прилетело от любви, И мы как дураки смеялись в небо, В ответ не слыша смех из под земли!
О, если б ты поняла — С каким огнем играла! Но ты не понимаешь — С каким огнем играешь!
И песни нашей знать, что мы летали, Ныряя со смертельной высоты, И колокол стонал, а мы играли. Я падал, падал, падала и ты… А если б ты поняла — С каким огнем играла… Но ты не понимаешь — С каким огнем играешь!!!
Кого теперь ты любишь!? Когда все понимаешь… Кого теперь ты дуришь?! Когда ты не играешь… Когда ты не играешь?!
И для меня не будет больше света, Не будет больше неба и земли!!! Чем помнишь это было прошлым летом!? Оно нам прилетело от любви!!!
Кого теперь ты любишь!? Когда все понимаешь… Кого теперь ты дуришь!? Когда ты не играешь… Кого теперь ты любишь!? Когда все понимаешь… Кого теперь ты дуришь!? Когда ты не играешь… Когда ты не играешь..
Знамена нашей армии еще дрожат за горизонтом Но те кто видит впереди на кожу ловит алый отблеск Знамена серые любви пока над нами вместо неба Но те кто видит впереди смеются над ее победой
Беги беги пока я не вижу прячься-прячься Но я узнаю-знаю, всех вас узнаю и найду Дыши-дыши пока я не слышу кайся-кайся, Но не надейся я приду золотая I love you
Ты не заметишь этот миг лишь только завтра поутру Открой глаза и посмотри знамена реют на ветру
Беги беги пока я не вижу прячься-прячься Но я узнаю-знаю, всех вас узнаю и найду Дыши-дыши пока я не слышу кайся-кайся, Но не надейся я приду золотая I love you
Меня изнасиловали 10 человек Я шел тёмным лесом, и мне было 9 лет. Когда же я очухался, увидел, что лежу На маленькой поляночке один и никого. Всегда...
Тогда рыдая и скорбя от горькой участи Увидел я идет одна девчонка лет пяти. Я строго ей сказал, а ну-ка падай на траву Она обиделась, но я был непоколебим.
Чего уж там, сказал я ей, снимай трусы, невеста Скажи спасибо, что один, меня так сразу 10 Уж лучше я, чем кто другой, поскольку я хороший Меня обидели - я мщу. И в этом справедливость!
Устал, но и радостный шагал я по траве И улыбалось солнышко, и птички пели мне И было сладко на душе светло и горячо Шептало небо, будь готов, а я шептал Всегда...
Что бы ни случилось, мы дети мерзляков, Мы всегда здоровы, ты всегда здоров. Мы не боимся холода, мы любим докторов, Которые кастрируют кошек и котов. Когда морозы постучат в окно, Мы не боимся ветра, нам все равно. Мы закрываем дверь, мы закрываем дверь. У нас есть Гитлер, у нас есть Гитлер, У нас есть Гитлер, хайль Гитлер! Мы дети кастратов, мы дети мерзляков, Мы дети дураки из страны Будь здоров, Мы добываем ток из шкуры котов. Если дует ветер, ты всегда готов, Ты закрываешь дверь, ты закрываешь дверь. У нас есть Гитлер. Что бы ни случилось, мы дети мерзляков, Мы всегда готовы, ты всегда готов Закрыть дверь, закрыть дверь. У нас есть Гитлер, у нас есть Гитлер, Электрический Гитлер, Музыкальный Гитлер, сексуальный Гитлер.
Мама это небыль Мама это небыль Мама это не со мной Hеужели небо Hеужели небо Задеваю головой Hа ковpе-веpтолете Мимо pадуги Мы летим а вы ползете Чудаки вы чудаки Мама это пpавда Мама это пpавда Мама я опять живой Ты уже не плачешь Ты уже не плачешь Мама полетим со мной Hа ковpе-веpтолете Ветеp бьет в глаза Hам хотя бы на излете Заглянуть за...
Задумывая черные дела На небе ухмыляется луна. А звязды, будто мириады стрел. Ловя на мушку силуэты снов, Смеятся и злорадствует любовь И мы с тобой попали на прицел.
Я же своей рукою Сердце твое прикрою - Можешь лететь и не бояться больше ничего. Сердце твое двулико, Сверху оно набито Мягкой травой, а снизу каменное, каменное дно.
Смотри же и глазам своим не верь - На небе затаился чяерный зверь - В глазах его я чувствую беду. Не знал и не узнаю никогда Зачем ему нужна твоя душа - Она гореть не сможет и в аду.
Пели вы вам было больно Пусть вы слишком долго ждали Не для вас команда вольно Отдохнем когда раздавят Время неба прошлый слог, вскормленный лежалым снегом Время неба ваш исток Время неба, время неба Ваш итог Расколол трон твой второй фронт Расколол трон твой второй фронт Где теперь твой поезд? Он Скрылся вдаль и не заметил Новых станций из окон Где гранит ты раньше встретил Не сломать и не свернуть нарисованные мелом Эти стены этот путь Время неба время неба Не вернуть Расколол трон твой второй фронт Расколол трон твой второй фронт
Как это как а вот вспомнил хобби Марки, попугаи, видео, металл Я не гоняюсь за деньгами, не гоняюсь за плотью Нет черный блокнот - мой идеал Я все напишу о соседях, о вашей жене и ее любовнике Я напишу как семь дней в неделю Спали друг с другом и шептали анекдоты Я держу тело в отличной форме Хитрый слух, а глаз как у орла Работаю все дни и даже субботы С восьми утра до восьми вечера Я улыбаюсь вам при встрече. Че че че четко и точно. Руку подам, я робот убийца, поставленный на метод поточный Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Номер сотый спал пока жена в отъезде С собственной дочкой. Вот те раз! Номер сто три не помню который по счету, Но в общем говорил про указ Номер сто пять ходил на Генделя а после весь день грыз металл Номер сто семь - какая досада - не помню с кем точно но тоже спал Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я! Девятый захотел изменить что - то Там где не снимают даже пыль с картин Еще не много усилий и узнаете все Что делал третий и второй и даже номер один Я сберегу как икону свой черный блокнот как символ бессилья Ваших побед перед грязью В аорте стянутой иудовской вязью Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон Я Пинкертон
Он входит в горло он режущий зонд Забывший о состраданьи Он спазм укуса в диафрагмовый зонт Исполненный ожиданья Он смотрит злорадно на гибель объема В объятиях губки хищной И прочь усталый газовый ком Холодный свободный лишний
Он вобъет в ваш хобот меченый гвоздь Он внезапный и пугающий гость - Инспектор По
Он тоже был объят и выжат И выброшен выдохом томным И на миокарде угольном выбит Твой профиль зовущий и темный Не жди его смерти она будет долгой Бескровная жизнь не знает срока Он станет жаждой давнего долга Инспектором выдохов-вдохов
Ахтунг, ахтунг! В небе Покрышкин. Это значит - аллес капут. Доннер веттер, попрятались фрицы И ревут, и ревут. Как озлобленно рычит его жестокий самолет. Не милует, убьет, не промажет, попадет. Он ведь не убийца, не садист и даже не маньяк, Он нас не любит без причин, не любит просто так. Ахтунг, ахтунг, милый Покрышкин! Веселей, не жалей, не жалей! Доннер веттер, все фрицы - фашисты. Ахтунг, ахтунг, злей, злей, злей! Он бывает холоден, увы, как новогодний лед. Зато бунтует и поет, когда кого убьет. Он бегал бы по Африке и кущал бы детей, Жадный, не хороший, сука и злодей! Ахтунг...
На солнце прыгнула кошка. Кошка сгорела там. Тенью через окошко Она возвращается к нам, А с нею серые тени Во чреве сгоревших котят. Котят мы возьмем В наше серое знамя, А на кошку нам наплевать.
Китайская императрица Две тысячи лет жила. В какой-то китайской больнице Она, наконец, умерла. Давайте, давайте же сами С последним своим рублем Вставайте под наше Серое знамя, Пока мы еще берем.
Спрячь меня лес, помоги, а я тебе Вечную душу продам Лучше тебе я ее отдам, чем тем, кто идет По моим по следам. Купи мою правду, море-океан, Она мне уже не нужна. Может быть, может быть за твой волной Меня не найдут никогда. Я убегаю. Поздно бежать, вот они над головой Тыкают пальцами. Что же вы ждете, ведь я еще живой! Но только смеются они. Я убегаю. Что вы смеетесь? Хотели - бейте же, Но слышу, они говорят: "Ты нам не нужен, тебя и нет уже, Зачем нам тебя убивать?" Я убегаю
Мой святой отец, мне уже конец, Моя вечность умрет на огне. Я к тебе лечу, я тебе кричу, Как я был на войне, на войне. В те суровые дни мне уснуть не давал Трижды русский восточный фронт. Видел ты, знаешь сам, в своих помыслах чист Я ушел защищать фатерлянд. От мороза рвалась моя кожа по швам, И могилой казался окоп. Вдруг ударил гром, и разинуло небо Окровавленный пламенем рот.
Мой святой отец, мне уже конец, Моя вечность умрет на огне. Я к тебе лечу, я тебе кричу, Как я был на войне, на войне.
И рыгало оно, извергало оно Грозный ливень рычащих ракет. Летели ангелы, мечи огненны Кары Божьей в их руках. А потом, когда они кончились, Задрожали ночные леса, И пришли из них черны демоны, Волоса от ушей до хвоста.
Разрывали нас, разгрызали нас и орали "Интернационал", А один из них так ударил меня, что я замертво как бы упал.
Так лежал я в ночи, ничего не могя, И из недр кровавой земли Выполз червь-искуситель, сияющий змей, И лукаво так прошептал: "Ты устал от войны, твои дни сочтены, Все пропало, мой маленький Фриц. Но я верну тебе жизнь, ты придешь домой, Отрекись!" Так сказал он, и грех отомкнул мне уста, И они прошептали: "Да..." Засмеялся он, и взорвался он, И разверзлась земля подо мной.
Мой святой отец, я ушел, конец. Я в одной из твоих могил. Я кричу тебе, как я был на войне, Как лукавый меня погубил. Мой святой отец, мне уже конец, Моя вечность умрет на огне. Я к тебе лечу, я тебе кричу, Как я был на войне, на войне. Я был на войне.
Эти белые перчатки – символ чистоты и чести, В них ты - ферзь, без них ты - пешка, крысы это знают. Крысы подкупили стражу в час, когда стоял у власти крот, А хомяки на складах охраняли сало. Каждая крыса мечтает о временах банкетов тридцать седьмого года, Когда они таскали как официанты подносы, распотроша на блюде Новую жертву свою, мешавшую крысиной жизни.
Припев: Крысы в белых перчатках прячут в норах объедки, Крысы в белых перчатках точат зубы бумагой. Они сгниют как крысы…
Лишь почуяв запах гнили, сад заполонили крысы, Захватили все ступени лестницы в парадной. Легче править сорняками, по ушам развесив речи. Крысы в гневе обгрызают лепестки всем розам. Но перед вами встанут, чтоб не испачкать лапки, Испепелят ваш ситец, но скоро ты сумеешь тушки их резать шипами, Напоминая грязной кровью крысиной о том, какого цвета их билеты.
Припев: Крысы в белых перчатках прячут в норах объедки, Крысы в белых перчатках точат зубы бумагой. Они сгниют, как крысы в белых перчатках, строят фразы умело, Крысы в белых перчатках голосуют хвостами.
Мимо, в кругу, В кругу облаков высоко чернокрылый воробей Трепеща и одиноко парит быстро над Землей. Трепеща и одиноко парит быстро над Землей. Он летит ночной порой, лунным светом освещенный. И ничем не удрученный, вся он видит под собой. Вся он видит под собой, гордый хищник разъяренный И летает, словно тень, глаза светятся, как день. И летает, словно тень, глаза светятся, как день
Сезон дождей Почему же ветер тучи Не уносит вдаль Столько длинных дней было мне зимы Далекой жаль
А этот дождь на весь день Все думали что мне просто лень И пусть А на самом деле я боялся но Теперь все равно и я не боюсь Осень падает с деревьев серое небо в лужах Дети не идут домой им ничего не нужно Песни будущие песни умирают в чреве от голода. Завтра мы уйдем из дома Не хочу там холодно
И мы как листья падаем с деревьев Кровью стекая в лужи Ах как скучно боже мой Спой мне о чем-нибудь на ужин Спой мне чтобы было грустно Только не очень больно Спой мне чтобы было страшно Чтобы было щекотно
Я глядел икону на ей божья мать Ах как все красиво просто благодать И на меня глядела ласково и добро Улыбаясь томно божья мать Вдруг я вижу нечист Вдруг я вижу сгинь Из грудей у божьей из ланит у мамы Черные курчавые как у мужика Извиваясь лезут полезут волоса
Ты знаешь я был рыбой я проплыл все океаны, но Сквозь волны не увидел никого. Верь-не верь но я нашел простой ответ на твой вопрос Нет его и не было.
Я сказал спасибо Я сказал конечно Я сказал вот это Я сказал конец Я больше ничему не буду удивляться Я сказал спасибо ай да молодец Вот и все что было вот и все что будет Вот и все что надо вот и все что есть Я больше ничему нет не буду удивляться Я сказал вот это Я сказал конец
Ты знаешь ведь я был змеей прополз по всем полянам но В траве я не увидел никого Плачь не плачь но я нашел простой ответ на твой вопрос Нет его и не было
Ты знаешь я был птицей пролетел все облака насквозь Но в небе не увидел никого Верь не верь но я нашел простой ответ на твой вопрос Нет его и не было Плачь не плачь но я нашел простой ответ на твой вопрос Нет его и не было
Я умираю от такого Неба до небес. Я умираю от того, что Оживает лес. И все становится правильным, Как моя рука Эх, мы приколемся, деточка, Раз и навсегда!
Я от таких вещей тащуся, крошка! Крошка, ты для таких вещей еще глупа. Тарам-па-па! Я от таких вещей тащуся, крошка! Крошка, ты для таких вещей еще жива.
Я забываю все, что было До сих пор со мной. Я умираю с новой силой. Я опять живой. И все становится правильным, Как моя рука. Эх, мы приколемся, деточка, Раз и навсегда!
Я от таких вещей тащуся, крошка! Крошка, ты для таких вещей еще глупа. Тарам-па-па! Я от таких вещей тащуся, крошка! Крошка, ты для таких вещей еще жива.
Бедному холодно зимой, бедному волком ты вой, Пустите бедного домой. Сяду я к жаpкому огню, мяса съем, чаю попью И вам бесплатно подаpю: Все небо, все звезды, все камни, все сосны, Все, обо что кто-то точит зубы. Хочется в теплую кpовать, хочется жить, а не ждать. Люди, пустите ночевать.
Волку так холодно зимой, волком хоть волком ты вой, Пустите бедного домой. Сяду я к жаpкому огню, мяса съем, чаю попью И всем бесплатно подаpю:
Все небо, все звезды, все камни, все сосны, Все, обо что волки точат зубы. Хочется в теплую кpовать, хочется жpать, а не ждать. Гады, пустите ночевать.
Сегодня я печальна как моя гитара За черным бархатом укрыты зеркала Сегодня мальчик ты со мною станешь старым Отдашь мне силы и забудешь навсегда Прости гитара прости Прощай гитара звени Играй гитара Последняя струна рвалась и пела Бэсса ме мучо
А нам вчера казалось музыки так мало А вот не стало задушила тишина Звени-играй прости-прощай моя гитара Нас сломали сломают и тебя Прости гитара прости Прощай гитара звени Играй гитара. Налей вина мне мальчик Это невыносимо
Если не закрыть вовремя глаза Можно подсмотреть эти чудеса Где то далеко на краю земли Летят облака в небе корабли
Припев: За просто так за просто так За не за деньги ни за флаг Просто очень интересно как они себе летят Да просто так да просто так Да им самим лететь ништяк Они летят они летят Они летят а мы никак
Но еще больней на своей крови Делеть облака на краю земли И летят над ней стаи облаков Добрых королей голубая кровь
Мы украли приют На последней черте. Пусть над нами плывут Звуки вальса червей. Мы с тобою махнём В дамы и короли, Мы с тобой принесём Жертву первой любви.
Ночь звенит мигают звезды в пламени костра И за дымом прячется луна Испугалась улетела из груди душа С нами остается пустота
Припев: Споемте о сексе подруги друзья Споемте о сексе ля-ля-ля-ля-ля Споемте о сексе гитара - вперед О сексе до смерти и наоборот Ту-ру-ту ту-ту-ту подруги друзья Ту-ру-ту ту-ту-ту ля-ля-ля-ля Ту-ру-ту ту-ту-ту назад и вперед Ту-ру-ту ту-ту-ту инаоборот
Ночь умрет погаснут звезды огоньки костра И от Солнца спрячется Луна Страх пройдет но не вернется чистая душа В тело где танцует пустота
Слышишь, скрипят оси телеги? Даты крещенья. Катится Бог. Бремя побед и время забвений. Ждете, считая, мелькают от рева колес.
Слали друг друга в строю, кто не ???... Режем словами центральных газет И нищету, и блеск поколений. Заново празднуем, заново лепим Нас - каждый на съезд, нас - каждый на съезд!
Мы говорим, что нет для страха причины, Нечего ждать, кроме новых побед. Но память о страхе живет в рубцованных спинах, Но сколько рубцов, насчитаемся мы Через несколько лет, через несколько лет?!
Где цаpица Hочь pассыпает звезды. Звезды вьют гнездо, а мы идем по гнездам. Мы идем, мы идем, мы идем себе идем. Мы идем, мы идем, мы идем за кайфом.
Где течет pека, pусалки стpоят глзки. Там навеpняка мы умpем от ласки. Мы умpем, мы умpем, мы умpем, когда умpем. Мы умpем, мы умpем, мы умpем от ласки.
Где колдует лес - золотое чудо. Мы ушли туда, мы ушли отсюда. Мы ушли, мы ушли, мы ушли куда ушли. Мы ушли, мы ушли, мы ушли отсюда.
Мы идем в поход, наш поход на небо. Задом напеpед, до самой победы. Hаш поход, наш поход в небо задом напеpед. Hаш поход, наш поход, наш поход на небо
Где цаpица Hочь pассыпает звезды. Звезды вьют гнездо, мы идем по гнездам. Мы идем, мы идем, мы идем за кайфом. Мы идем, мы идем.
Улетели звезды далеко, их уже рукою не достать На душе томительно легко, хочется кого - нибудь порвать.
Когда убьют, никто не уйдет, когда возьмут тебе не уйти Немного боли, немного любви, немного крови, немного земли
Кто тебя оставил здесь одну? В небе одиноко и темно Позови меня я приползу, потому - что звезды далеко Улетели звезды далеко, их уже лопатой не добить Хочется кого - нибудь порвать, хочется куда - нибудь любить
Когда убьют никто не уйдет, когда возьмут тебе не уйти Немного боли, немного любви, немного крови немного земли
Эти гномы все видят, эти гномы все ловят Эти гномы все спорят, они нас просто давят Они знают что нам надо даже если мы не знаем Мы получим все о чем не мечтаем Каждый даст ответ, что делать чего нет Что думать что не думать, что петь что не петь Каждый скажет что надо хотеть, Потому что сами ничего уже не хотят
Гномы, гномы каннибалы зарабатывают баллы Гномы, гномы каннибалы Гномы, гномы каннибалы зарабатывают баллы Гномы, гномы каннибалы Эти гномы не любят просто высоких, Им хочется каждого засунуть в шаблон И каждый хочет стать еще ниже Это верх мечтаний, они все могут Махать флагом, плюнуть в душу, Рыться в трупах и строить обелиски Увеличить страх на душу населения У которого ее давно уже нет! Гномы, гномы каннибалы зарабатывают баллы Гномы, гномы каннибалы Гномы, гномы каннибалы зарабатывают баллы Гномы! Эти гномы нас любят когда нас нет Я бежал бы от них но меня поймают Я бежал бы от них но нет сил Я слишком привык чтоб не быть таким Как гномы Как гномы Как гномы Как гномы Гномы, гномы каннибалы зарабатывают баллы Гномы, гномы каннибалы Гномы, гномы каннибалы зарабатывают баллы Гномы, гномы каннибалы
Здравствуй, я сижу, себя ломаю, Чтобы видеть светлое во тьме. Здесь нас потихоньку убирают, Но мы ещё не всё, мы ещё не все. Ночь упрямо целится мне в спину. Может мы скорей уже уснем. Я хотел бы умереть красиво, Но не в эту ночь, если мы вдвоем. Днем может не умрем.
Всё ты знаешь, я же тоже знаю: Все на свете кончится ничем. Что нам в самом деле предлагают, Быть этим или тем, Каким-то или с кем. Оу, я хотел бы умереть красиво, Но не так, не пошло, не вдвоем. Ночь упрямо целится нам в спины. Давай уже уснем, давай уже уснем. Днем может не умрем.
Жаль, что кончается все, Все, что хотелось хранить. Жаль, что кончается зря, И зря не кончается боль. А где-то возможно всё: Бессмертие, дружба, любовь, Невинность ума и души. Целую. Пока. Пиши.
Все точки расставлены Все на местах День завтрашний как фраза Всего в двух словах И можно развлечься Риторическим вопросом
Но в сумерках какая-то Серая тень Неизбежно выползает Из углов и щелей Терзая мою душу Холодным приговором
Да я сытая свинья Да я сытая свинья Да я сытая свинья Просто сытая свинья Я в грязной луже лежу Но ты не трогай меня Ведь эта лужа моя Да я сытая свинья Да я сытая свинья Просто сытая свинья Я в грязной луже лежу Но ты не трогай меня
Толстая ленивая серая кошка Развратно заползает Ко мне на колени Она совсем такая как ты Я горечь утрат субъективная блажь Ведь если не купишь Так точно продашься Я знаю я спокоен Все такие как я