Глеб Самойлов - Барон и за рекой

Я был был просто schwein, когда б я сделал то,
Что я не поднимать платок ваш. Bitte, Frau!
А Вы подумать — «Mein Gott! Что вы, никогда!
Немецкий храбрый soldat не есть мародёр!»
Das ist nicht Buchenwald, Ich bin nicht оккупант,
Ich bin гость страна-чернозём!
Ja, я люблю эта рюсская матка-зима,
А partizanen рядом за рекой
Partizanen рядом за рекой

О, я читать много Пушкин, я читать Толстой,
И Чайковский я почти, как Вагнер, ja!
Я из дворян потомственный барон von Fritz,
Я есть offizieren, а не фашист
Я буду Вас везти meine Mutter nach Berlin,
Мы будем freudenschaft как Герман и Лиза
Вы есть Олеся — russisch милый ведьм,
А partizanen рядом за рекой
Partizanen рядом…

Нам невозможно теперь делать auf wiedersehen,
Но вы не есть любить меня, так что ж,
Я Вас любил und lieben ещё быть может,
Но я лучше застрелюсь
Он застрелился Parabellum в рот,
Над ним сомкнула воды Mutter-Волга
Был ночь, коровы шли на водопой
И partizanen плакать за рекой
Partizanen плакать за рекой

Агата Кристи - Барон и за Рекой

Я был бы просто швайн, когда б я сделать то,
Что я не поднимайт платок ваш. Битте, фрау!
Вы подумать, майн готт! Что вы, никогда
Немецкий храбрый зольдат не есть мародер!
Дас ист нихт Бухенвальд, их бин нихт оккупант,
Их бин гость страна-чернозем.
Да, я люблю эта рюсская матка-зима.
А партизанин рядом за рекой.
Партизанин рядом за рекой.
О, я читать много Пушкин, я читать Толстой,
Любить Чайковский я почти как Вагнер. Я
Я из дворян, потомственный барон фон Фриц,
Их бин офецирен, а не фашист.
Я буду вас вести в майн муттернахт Берлин.
Мы будем фройндшафт как Герман и Лиза
Вы есть Олеся, русиш милый ведьм.
И партизанин рядом за рекой.
Партизанин рядом...
Нам невозможно теперь делать ауфидерзейн,
Но вы не есть любить меня, так что ж.
Я вас любил унд либен. Еще выпить может,
Но я лучше застрелюсь.
Он застрелился парабэлум в рот.
Над ним сомкнула воды мутер Волга.
Был ночь. Коровы шли на водопой.
А партизанин плакал за рекой.
Партизанин плакал за рекой.