Он пел, и строка его текла Печально, как черная река Звеня, рассыпались зеркала На лица и блики И время качало головой Летая задумчивой совой Над тем, кто нашел какой-то свой Путь в мудрые книги Огонь обжигал его уста Гитары сухая береста Пылала, и в запахе костра Мне слышались крики ...
А ночь плавно уходила в степь С ней вместе уходила его тень Он сам отпустил ее - затем, Чтоб рук не вязала Слеза ожерелья янтаря Сверкала при свете фонаря, Как будто заря всходила для Притихшего зала
Он пел, словно падала слеза, Он пел, словно шаг, и нет следа, Он пел, что никого и никогда Река не держала
Жертва талого льда ...
Движенье от братства до родства В преддверье Христова Рождества Цветы и руины торжества В декабрьской стуже И ноты сошлись в один узор И в полночь явился дирижер И все мы обратили ему взор И стали послушны
Он пел - мы молились на него, Он пел - мы плевали на него, Он пел, и мы не знали никого, Кто был его лучше
Жертва талого льда ...
Сними пальцы с проводов и струн, Все песни расходятся к утру, Строка отлетает на ветру И меркнет в рассвете Тела, заплетенные в любви, Сорта драгоценнейших из вин Крестил сероглазый херувим Ударами плети
Эй, вы, задержите Новый год, Часам указав обратный ход Он спел, спрыгнул с берега на лед И стал незаметен ...
Я теряю контроль и самообладание, но держусь в рамках на данном дьяволом задании Да, бездушный разум и сталь снова в дамках. Нервы крепче чем металл на замках в замках. Не дрогнет даже веко, позади детский страх несмотря на расстояние мишень в моих руках Лишь одно движение пальца и клиент на небесах, не будет отпечатков ведь я профи в этих делах. Даруй им господи вечный покой.
Я открываю глаза я ими вижу восход, и прямо к свету по тоннелю начинаю свой полет. Была тобою убита девять граммов свинца пронзили сердце мое, изнутри его взорвав. Я медленно поднимаюсь, за тобою наблюдая, мое тело хрипит меня на части разрывает контрольный в голову выстрел - затихает оно, я смотрю тебе в глаза моему телу все равно. Бесплотным духом останусь, но я тебя не забуду, я за тобою наблюдаю, сопровождаю повсюду, я теперь в смерти твоя, она связала нас вдвоем, я твое второе Я, твой навечно фантом. Наблюдая за тобой, я изучаю твою жизнь, я учусь чувствовать твою самую смутную мысль, дьявол играет на струнах души твоей тонких, мысли оттенки вторят выстрелам звонким.
Убийца детских сновидений, убийца душевных устремлений, Убийца любви и страсти, убийца, ты теперь в моей власти ! Убийца детских сновидений, убийца душевных устремлений, Убийца любви и страсти, убийца, ты теперь в моей власти !
В твоих мыслях только холод, прирожденный убийца, одержимый идеей чужой кровью окропиться, Главный персонаж разыгравшейся драмы, в твоей жизни нет любви, сердце твое – сердце вандала. В огне и боли ты пришел, твое призвание – смерть, для тебя ценности – это ствол и шлюхи и медь, Но медленно ты сгораешь в огнях кровавого бала, и по ночам уже давно ты видишь только кошмары. В них к тебе приходят жертвы, их скрюченные пальцы под твою кожу проникают, грозят до сердца добраться Их губы шепчут твое имя, от страха ты себя не помнишь, твоя гортань онемела, ты даже закричать не можешь. Лишь об одном ты молишь бога скорей тебя к себе забрать, но на рассвете тает сон и ты уходишь…. убивать (убивать, убивать, убивать…).
Убийца детских сновидений, убийца душевных устремлений, Убийца любви и страсти, убийца, ты теперь в моей власти ! Убийца, пришел твой час, убийца, ты уже среди нас. Убийца один как тень, убийца, это твой последний день !
Этим утром ты смотришь на свежую могилу, ту самую в которой меня похоронили, На твоем лице улыбка (ха !) как мило, но ты не подозреваешь, что тебя жертва не простила. Придя домой, сделав дело, ты в зеркало глянешь, и в своем отражении мои черты узнаешь. Исказится лицо, всплывут круги под глазами, мы поменялись местами, теперь ты жертва истязаний. Мы с тобой слиты навечно ангел и дьявол ползучий, и ты этому причина, бог -свидетель всемогущий. Бог - свидетель !
Убийца, пришел твой час, убийца, ты уже среди нас. Убийца один как тень, убийца, это твой последний день ! Requiem aeternam dona eis, Domine, Requiem aeternam dona eis, Domine, Убийца !