Из огромной толпы она выбрала одного, Того, что оставался верным своему Создателю, Праповедника правды, искупителя грехов, Грядущего знаменника людского смрада. Расскаялась и всюду ступала за очагом добра, Женою быть предрешено, и она жена, Не развращенная, не атакованная злом, С отпрысками помещенная в корабль жизни новой. Судьбы сберегая чистые, 40 дней и ночей, Наблюдала в кавчеге за истиной Ноя верой, Не чувствуя суши, не видя светлого неба, Являясь лишь одним источником жизненного древа. Так было тогда, но так не будет сейчас, Несколько тысяч веков назад все поменялсь, Настоящая вера и правда в каждом из нас, Осталась в сердце земных безкрылых ангелов.
Помянув все свои потери Каплей горечи в каждом тосте, Вечер кончится ровно в девять И завянут цветы и гости. Бесконечные пересуды, Бестолковые кривотолки, А столе — звездопад посуды И разбитых светил осколки. Молча сядь между мной и осью, И земля перестанет вращаться. Вечность кончится ровно в восемь, За секунду до полного счастья. Чысый шар в волоске от лузы Е рискнет ни лететь, ни падать. Время снова откроет шлюзы И затопит плотину-память. Как нам предрекали — Отказ в ночлеге Последней паре В пустом ковчеге. А дне колодца — Источник света. Чишь остается Поверить в зто Вечер кончится ровно в девять. Ты гостей в сундуки закроешь, И, заняв их подсчетом денег, Мы коснемся иных сокровищ. Мне безликих богинь дороже Ты, которую вижу воочию. И выводит мороз на коже Явь, добытую зимней ночью. Как коса на паперть — Роса на пашни. Как грустно падать Пизанской башне. В круг Галилея, В излом сосуда. Всего труднее — Заметить чудо. Все, что кажется неизбежным, Океан обесценит в полночь. И натянется побережье, Как тугая бурлачья помочь. Там на суше приветят осень… Вечер кончится ровно в девять. И вечность кончится… о не бойся! Ведь суть расстояний В пятьсот сожжений: Без расставаний Ет продолжений. В зтом ничтожность Цивилизаций — Познать возможность, Чтоб отказаться И плыть…