Владимир Высоцкий - Он Был Хирургом

Он был хирургом, даже "нейро",
Хотя и путал мили с га,
На съезде в Рио-де-Жанейро
Пред ним все были мелюзга.

Всех, кому уже жить не светило,
Превращал он в нормальных людей.
Но огромное это светило,
К сожалению, было еврей.

В науке он привык бороться.
И за скачком - всегда скачок!
Он одному первопроходцу
Поставил новый мозжечок.

Всех, кому уже жить не светило,
Превращал он в нормальных людей.
Но огромное это светило,
К сожалению, было еврей.

Marselle - Он был

Он слушал техно, потом начал слушать хип-хоп.
Он был сначала за политику, теперь за врагов.
Он не любил всех этих людей, бродяг
Он был похож на собаку в стае собак.
Он был ухоженно выбрит
Он был одет как все.
Его не донимала мода этих рэп кассет.
И в пыльном офисе вбивая буквы и стирая рамки
Он был немного глуп и жалок.
Он был ведущим на радио, даже в TV малость.
В больницах мотал свою старость на палец, но жил.
Он был один, один как бездомный китаец.
Ворчал, как старец,
Всегда недоволен, но сыт.
Где-то на севере он коротал недели
Баскетбол и телик, КВН и секс с молодым телом.
Он был далёк от города дорог, он был таким, да!
Но однажды услышал хип-хоп.
Теперь биты и рифмы, теперь вагон метро
В ушах i-pod, глазами снимает кино.
Легко ли быть молодым,
Молодым, но старым,
И творить хип-хоп своими устами.
Мне легко, мне легко без пыли офиса.
Я знаю что это не пропасть, я знаю ман,
Но это хип-хоп, это даже больше чем вера.
Не измеряй словами! Словами не измерить!

Кусал локти, молился на штаны, фубу.
Не шиковал, да и небыло туго.
Кассетный плеер с собой, к 12 домой.
Ещё не понял, какой точно, но жил мечтой.
Пыльный город летом, зимой город снега.
Но в любое время года на ногах кеды.
Козырьки, весь этот прикид…
Наверное странный вид.
Отец сказал это должно пройти.
Микро перед шкафом, в подъезде запах стафа.
Учёба и школа по чуть-чуть идёт нафиг!
И так по чуть-чуть время пойти в институт,
Наверное до свидания рэп и пока Якутск!
Перелёты, все эти дела, звонки друзьям.
Я вроде поступил, ну и как ты там сам?
Разменял год, хип-хоп вроде прёт, а вроде нет.
Вспомнил кайф тех кассет.
Делили хату на двоих.
Алё Леван, я сделал странный бит,
На, послушай сам.
Через телефон «Ман, биточек крут!».
Через пару дней читаем на него Москву.

Время летит летит, оно течёт сквозь пальцы.
Видимо, нашим путям суждено пересекаться.
Время летит летит (лови его), оно течёт сквозь пальцы.
Видимо, нашим путям (лови) суждено пересекаться (слышишь).
Время летит летит (эй), оно течёт сквозь пальцы (эй йоу)
Видимо, нашим путям (приём) суждено пересекаться.
Время летит летит (и чё), оно течёт сквозь пальцы (знай)
Видимо, нашим путям (да) суждено пересекаться.

Машина Времени - Он был старше её

Он был старше ее. Она была хороша.
В ее маленьком теле гостила душа.
Они ходили вдвоем, они не ссорились по мелочам.
И все вокруг говорили: "Чем не муж и жена?"
И лишь одна ерунда его сводила с ума:

Он любил ее, она любила летать по ночам.
Он страдал, если за окном темно,
Он не спал, на ночь запирал окно.
Он рыдал, пил на кухне горький чай
В час, когда она летала по ночам.

А потом, поутру она клялась,
Что вчера это был последний раз.
Он прощал, но ночью за окном темно,
И она улетала все равно.

А он дарил ей розы, покупал ей духи,
Посвящал ей песни, читал ей стихи.
Он хватался за нитку, как последний дурак.
Он боялся, что когда-нибудь под полной луной,
Она забудет дорогу домой.
И однажды ночью вышло именно так.

Он страдал, если за окном темно,
Он рыдал, на ночь запирал окно.
Он не спал, пил на кухне горький чай
В час, когда она летала по ночам.

А потом, поутру она клялась,
Что вчера это был последний раз.
Он молчал, но ночью за окном темно,
И она улетала все равно.

И три дня, и три ночи он не спал и не ел,
Он сидел у окна и на небо глядел.
Он твердил ее имя, выходил встречать на карниз.
А когда покатилась на убыль луна,
Он шагнул из окна, как шагала она.
Он взлетел, как взлетала она, но не вверх, а вниз:

А потом, поутру она клялась,
Что вчера это был последний раз.
Он прощал, но ночью за окном темно,
И она улетала все равно.

TANDEM Foundation - Он был болен

Не зная алфавита, он рисует иероглифы
Все время ждет кого-то, смотрит в окна подолгу
Не открывает дверь когда, в нее стучит кто-то
Люди как-то звали его, ему было все равно
Он мечтал о море, на стенах рисовал волны
Очень любил солнце, никогда не задвигал шторы
Часто был на крыше дома, смотрел на кроны деревьев
Лежа наблюдал за птицами, вдыхал их пение
Не следил за временем, курил растения часто
Вдыхал лучи солнца и улыбался просто
С возрастом не стал серьезней. Поздно
С возрастом молил слезно чтоб оставили просто
Люди задавались вопросом часто, парень в коматозе чтоли?
Он задыхался от боли, роли не играл как многие
Не надо соли чтоб сыпать на раны
Сила воли почти исчезла совсем, не так как умногих
Он писал письма кому-то, потом рвал конверты
На каждый квадратный метр - боли километры
Опять ответы. Опять. Опять вопросы. Снова
Снова ответы. Снова. Снова дым и слезы
Он отражает свое состояние на мольберте
Когда-то шторм там, когда-то штиль и легкий ветер
Он любил море, он никогда его не видел
Ванну набирал холодную, в нее соль сыпал
С хроническим бронхитом взрослый ребенок
Квартира как палата стала, он долго не смог так
На крыше дома снова. Снова внизу кроны
Он там увидел море, он нырнул в волны

Он открывал окна настежь часами смотрел вдаль
Он ненавидел мир, неделями плакал, Ему было жаль людей
Что окружали каждый день в пространстве
Он плакал ночи напролет вытирая слезы пальцами
Его как-то звали люди, он не помнил, нахуй надо
Он ложился за рассветом, просыпался за закатом
Он был гадом, ничтожеством, параноиком
Один в четырех стенах слушал сердца колики
По утрам с другом алкоголиком давил водку стопками
Потом друга не стало эти дни были уроками
Сопровождались склоками непониманием жизни
Горькая судьба в которой чувства кефиром скисли
Стрелки зависли. Каждый день как предыдущий
Нет будущего. Дальше пуще, только хуже, малоимущий
Госоопределение, пропащий просто напросто реальное впечатление
Он был болен Так считали окружающие Он небыл таким как все
Блестящим и сияющим, он был болен
И ощущал это каждое мгновенье
Он никогда в жизни не отмечал свой день рождения
Он был серым, но не сырее всех вокруг
Он сам себе в одном лице был и враг и друг
Тяжесть своих мук, считали люди, не сдержал
Он был слабым, не был мужчиной, так он считал
Непонимал никого, его и не пытались понять
И он смирился. Один не мог противостоять
Он был спокоен по жизни, чаще молчал чем говорил
Он находил в себе силы, когда уж не хватало сил
Он умирал, медленно и плавно забыв о главном
Наплевав на все чем обладал
Вроде бы странно, но он так не считал
Это было его мнение, главное что он считал вообще
Да он не был гением, все что думал он записывал
На бумаге вся история болезни как в медицинской карте
Утро начиналось с, хватит!
Настал тот день, хватило! Он был болен и он умер
Монолит, могила

TAHDEM Foundation - Он был болен

Не зная алфавита, он рисует иероглифы
Все время ждет кого-то, смотрит в окна подолгу
Не открывает дверь когда, в нее стучит кто-то
Люди как-то звали его, ему было все равно
Он мечтал о море, на стенах рисовал волны
Очень любил солнце, никогда не задвигал шторы
Часто был на крыше дома, смотрел на кроны деревьев
Лежа наблюдал за птицами, вдыхал их пение
Не следил за временем, курил растения часто
Вдыхал лучи солнца и улыбался просто
С возрастом не стал серьезней. Поздно
С возрастом молил слезно чтоб оставили просто
Люди задавались вопросом часто, парень в коматозе чтоли?
Он задыхался от боли, роли не играл как многие
Не надо соли чтоб сыпать на раны
Сила воли почти исчезла совсем, не так как умногих
Он писал письма кому-то, потом рвал конверты
На каждый квадратный метр — боли километры
Опять ответы. Опять. Опять вопросы. Снова
Снова ответы. Снова. Снова дым и слезы
Он отражает свое состояние на мольберте
Когда-то шторм там, когда-то штиль и легкий ветер
Он любил море, он никогда его не видел
Ванну набирал холодную, в нее соль сыпал
С хроническим бронхитом взрослый ребенок
Квартира как палата стала, он долго не смог так
На крыше дома снова. Снова внизу кроны
Он там увидел море, он нырнул в волны

Он открывал окна настежь часами смотрел вдаль
Он ненавидел мир, неделями плакал, Ему было жаль людей
Что окружали каждый день в пространстве
Он плакал ночи напролет вытирая слезы пальцами
Его как-то звали люди, он не помнил, нахуй надо
Он ложился за рассветом, просыпался за закатом
Он был гадом, ничтожеством, параноиком
Один в четырех стенах слушал сердца колики
По утрам с другом алкоголиком давил водку стопками
Потом друга не стало эти дни были уроками
Сопровождались склоками непониманием жизни
Горькая судьба в которой чувства кефиром скисли
Стрелки зависли. Каждый день как предыдущий
Нет будущего. Дальше пуще, только хуже, малоимущий
Госоопределение, пропащий просто напросто реальное впечатление
Он был болен Так считали окружающие Он небыл таким как все
Блестящим и сияющим, он был болен
И ощущал это каждое мгновенье
Он никогда в жизни не отмечал свой день рождения
Он был серым, но не сырее всех вокруг
Он сам себе в одном лице был и враг и друг
Тяжесть своих мук, считали люди, не сдержал
Он был слабым, не был мужчиной, так он считал
Непонимал никого, его и не пытались понять
И он смирился. Один не мог противостоять
Он был спокоен по жизни, чаще молчал чем говорил
Он находил в себе силы, когда уж не хватало сил
Он умирал, медленно и плавно забыв о главном
Наплевав на все чем обладал
Вроде бы странно, но он так не считал
Это было его мнение, главное что он считал вообще
Да он не был гением, все что думал он записывал
На бумаге вся история болезни как в медицинской карте
Утро начиналось с, хватит!
Настал тот день, хватило! Он был болен и он умер
Монолит, могила

MC Молодой - Он был такой же как и все

Обычная история, банальный сюжет.
Все очень просто, но тяжело ответ.
Он шел той дорогой, что попалась ему.
Не сетовал на поломанную судьбу.
Родители были в достатке.
Да и с остальным в полном порядке.
Платная школа, частные уроки.
Ребенок шел по нарисованной дороге.
Казалось бы, все было уже решено.
Но судно его потянуло на дно.
Надоело смотреть на мир через окно.
Жизнь, как назло, тянуло в дерьмо.
Грязная реальность уличного мира,
Наивного юнца в свои руки манила.
С безумною силой в объятия схватила.
В итоге очередную душу погубила.
Он вышел из дома, потом еще раз.
Жизнь тут похожа на страшный рассказ.
Серые краски его привлекали.
Он вырос в цветах, они его уже не забавляли.
О жизни знал только с телеэкрана.
И из того, что говорили папа и мама.
Но мир был другой, гораздо сложнее.
По крайней мере, тот мир который был в тени стен вокруг их виллы.
Судьба готовила вилы и он был жертвой этой сатиры.
И первый шаг за порог начал это.
На улицах гетто не видно ответа.
Новые друзья они знали много из того, что он не знал
И не подозревал.
Деньги тянули их как магнит.
Его пленил негативный колорит.
Клубы, дискотеки. Куча вариантов потехи.
Деньги помогали достигать успехов.
Бляди с улиц обожали его.
Уличные волки тянулись хвостом.
Компания не оставляла без внимания,
Подвергая тело новым испытаниям.
Сначала пиво, водка, потом план.
Через месяц колеса, бумага в глазах туман.
Все было забавно и очень интересно.
Новые лица, новое место.
Новое тесто из старой муки.
Парень пошел по другом пути.
Родители не знали и не подозревали,
Что сына уже сатане проиграли.
А дальше больше он быстро бежал,
Все больше бухал и наркоты принимал.
Сук без гондона ебал. На все забил.
Ругаться матом стал. И ценности не ценил.
Он был на спуске, приближаясь к обрыву.
Не смотря назад, не верил в перспективу.
Рвет вперед, уже пудрит нос.
Не колбасит не от плана, ни от колес.
Новые друзья, новые советы.
Только у них он получал ответы.
Еще немного и стирается грань.
Он превратился в обычную уличную срань.
По вене гера и затоптана вера.
Красочный мир превратился в серый фильм.
И не хотелось ничего.
Только пустить по вене дерьмо.
Все шло и шло он терял внешний вид.
Пустые глаза и грязный прикид.
Сифилис, триппер в крови и гепатит,
Хуй с ней с жизнью про себя говорит.
Пару приемов под передозом.
У отца шок у матери слезы.
Что в этом мире действительно стоит?
И кто в этой жизни прожить достоин?
Он имел все и стал полным нулем.
Упал вниз хотя мог быть королем.
Таких сотни, идут не взирая,
Что жизнь никогда жить не заставляет.
Хочешь иди, не хочешь прощай.
Никто не будет просить тебя жить так и знай.
Ты нужен лишь им твоим родным.
Кому ты нож в спину вонзил.
Кто виноват он или мир?
Который жесток и лишает нас сил...

MC Молодой - Он был такой как все

Обычная история, банальный сюжет.
Все очень просто, но тяжело ответ.
Он шел той дорогой, что попалась ему.
Не сетовал на поломанную судьбу.
Родители были в достатке.
Да и с остальным в полном порядке.
Платная школа, частные уроки.
Ребенок шел по нарисованной дороге.
Казалось бы, все было уже решено.
Но судно его потянуло на дно.
Надоело смотреть на мир через окно.
Жизнь, как назло, тянуло в дерьмо.
Грязная реальность уличного мира,
Наивного юнца в свои руки манила.
С безумною силой в объятия схватила.
В итоге очередную душу погубила.
Он вышел из дома, потом еще раз.
Жизнь тут похожа на страшный рассказ.
Серые краски его привлекали.
Он вырос в цветах, они его уже не забавляли.
О жизни знал только с телеэкрана.
И из того, что говорили папа и мама.
Но мир был другой, гораздо сложнее.
По крайней мере, тот мир который был в тени стен вокруг их виллы.
Судьба готовила вилы и он был жертвой этой сатиры.
И первый шаг за порог начал это.
На улицах гетто не видно ответа.
Новые друзья они знали много из того, что он не знал
И не подозревал.
Деньги тянули их как магнит.
Его пленил негативный колорит.
Клубы, дискотеки. Куча вариантов потехи.
Деньги помогали достигать успехов.
Бляди с улиц обожали его.
Уличные волки тянулись хвостом.
Компания не оставляла без внимания,
Подвергая тело новым испытаниям.
Сначала пиво, водка, потом план.
Через месяц колеса, бумага в глазах туман.
Все было забавно и очень интересно.
Новые лица, новое место.
Новое тесто из старой муки.
Парень пошел по другом пути.
Родители не знали и не подозревали,
Что сына уже сатане проиграли.
А дальше больше он быстро бежал,
Все больше бухал и наркоты принимал.
Сук без гондона ебал. На все забил.
Ругаться матом стал. И ценности не ценил.
Он был на спуске, приближаясь к обрыву.
Не смотря назад, не верил в перспективу.
Рвет вперед, уже пудрит нос.
Не колбасит не от плана, ни от колес.
Новые друзья, новые советы.
Только у них он получал ответы.
Еще немного и стирается грань.
Он превратился в обычную уличную срань.
По вене гера и затоптана вера.
Красочный мир превратился в серый фильм.
И не хотелось ничего.
Только пустить по вене дерьмо.
Все шло и шло он терял внешний вид.
Пустые глаза и грязный прикид.
Сифилис, триппер в крови и гепатит,
Хуй с ней с жизнью про себя говорит.
Пару приемов под передозом.
У отца шок у матери слезы.
Что в этом мире действительно стоит?
И кто в этой жизни прожить достоин?
Он имел все и стал полным нулем.
Упал вниз хотя мог быть королем.
Таких сотни, идут не взирая,
Что жизнь никогда жить не заставляет.
Хочешь иди, не хочешь прощай.
Никто не будет просить тебя жить так и знай.
Ты нужен лишь им твоим родным.
Кому ты нож в спину вонзил.
Кто виноват он или мир?
Который жесток и лишает нас сил...